"Со мной все в порядке — вот видишь — здорова, жива. А голос срывается — это спасибо простуде, и руки дрожат от того, что я мало спала…"
Знаешь, это больше ни яркий всплеск, ни луч света, не зарево, - и поэтому мне не весело. Посмотри на меня, посмотри в глаза мои - я помятый комок бумаги; недописанный, перечеркнутый стих, я сплошная мишень для пуль, я - месиво. Сколько можно челюсти сдавливать, зубы дробить в порошок, сдерживая этот поток моей придури детской - спеси. Посмотри, в глазах моих океан, полный немой тоски и отчаяния. Да, я знаю, это одна из того миллиона фраз, которые ты уже знаешь и точно слышал... Воздух осени пахнет гнилью, мокрым асфальтом и запахом твоего парфюма. Видимо, слишком часто, выходя из твоего дома, я стала брызгать его на запястье; и ходить целый день, принюхиваясь к руке; улыбаясь книге, зеркалу, пустоте. Пахнет чем-то родным и таким неизведанным с легким, пьянящим привкусом монотонности...
Посмотри, как я методично вклеиваю копии чертежей в тетрадь, объясняя всем, что так будет проще; меняю шрифты, толщину линий, цвета. Часто сижу за компьютером до поздней ночи, пью кофе, а потом жалуюсь, что не могу уснуть. Принимаю таблетки, чтоб не болела голова, чтоб не срывался сердечный ритм. Сложно... Хочется выйти на улицу и набрать полные лёгкие чистого воздуха, задержать на пару секунд в себе, позже выдохнуть и забыть все, что было... И начать сначала. Просто сейчас я разрываюсь на пиксели, я уменьшаюсь в своей значимости. Просто сейчас мне не хочется ничего, кроме того, как бежать в пустоту. "Так бывает с людьми, когда они утратили что-то по-настоящему важное, ценное. И уже бегут в погоне,- то ли за тем прошлым, то ли пытаются догнать беспощадное будущее, которое производит смыслы с такой космической скоростью, что мы едва успеваем их понимать. Что стоили наши слова, когда мы падали? И что стоили, когда мы так отчаянно начинали все снова?"
Почему у меня снова - не как у всех. Почему же я вечная проблема, ходячий громоотвод? Я всегда говорю невпопад, замолкаю, когда не нужно. Я - метель, безумная дрожь; я - снегопад. Кажется, что каждый прохожий тыкает в меня пальцем с вопросом "жива ли?" А ты знаешь, что мне хочется плакать, даже реветь и выть, и рвать на себе одежду, волосы, браслеты на тонком запястье. Знаешь, мои глаза снова полны отчаяние, я не ищу спасения. Знаешь, я та, кто не стала хорошей дочкой, кто не стала известным писателем, - даже не поступила в журфак. Я потеряна, я пропащая. "Я бросала всех, чтоб не оказаться брошенной. Я предавала, чтобы не быть преданной, убитой, раздавленной". Чересчур цинично, до боли противно. Посмотри в эти глаза, они слишком счастливые, в тоже время слишком несчастные...
Мысли рассеяны, бесполезно пытаться собрать их в одну печатную книгу, в один рассказ. Хочется бросить себя на свалку, без сожаления. Ты же видишь, что я шагаю по краю, моя хандра тянет к пропасти - равновесия мало... Я теряю контроль и начинаю падать. Держишь меня? - Держи! "В моих глазах притаилась усталость и желание бросить к чертям дни, минуты и числа. Впереди только пропасть, забвение, затхлая старость... И рефлексия с бешеным поиском цели и смысла: просто жить, просыпаться, пить кофе, мешать его с болью; куча горьких таблеток и Winston, желательно - красный. Я конкретно лажаю с комично-трагической ролью... и актёр из меня отвратительный, просто ужасный".
Знаешь, это больше ни яркий всплеск, ни луч света, не зарево, - и поэтому мне не весело. Посмотри на меня, посмотри в глаза мои - я помятый комок бумаги; недописанный, перечеркнутый стих, я сплошная мишень для пуль, я - месиво. Сколько можно челюсти сдавливать, зубы дробить в порошок, сдерживая этот поток моей придури детской - спеси. Посмотри, в глазах моих океан, полный немой тоски и отчаяния. Да, я знаю, это одна из того миллиона фраз, которые ты уже знаешь и точно слышал... Воздух осени пахнет гнилью, мокрым асфальтом и запахом твоего парфюма. Видимо, слишком часто, выходя из твоего дома, я стала брызгать его на запястье; и ходить целый день, принюхиваясь к руке; улыбаясь книге, зеркалу, пустоте. Пахнет чем-то родным и таким неизведанным с легким, пьянящим привкусом монотонности...
Посмотри, как я методично вклеиваю копии чертежей в тетрадь, объясняя всем, что так будет проще; меняю шрифты, толщину линий, цвета. Часто сижу за компьютером до поздней ночи, пью кофе, а потом жалуюсь, что не могу уснуть. Принимаю таблетки, чтоб не болела голова, чтоб не срывался сердечный ритм. Сложно... Хочется выйти на улицу и набрать полные лёгкие чистого воздуха, задержать на пару секунд в себе, позже выдохнуть и забыть все, что было... И начать сначала. Просто сейчас я разрываюсь на пиксели, я уменьшаюсь в своей значимости. Просто сейчас мне не хочется ничего, кроме того, как бежать в пустоту. "Так бывает с людьми, когда они утратили что-то по-настоящему важное, ценное. И уже бегут в погоне,- то ли за тем прошлым, то ли пытаются догнать беспощадное будущее, которое производит смыслы с такой космической скоростью, что мы едва успеваем их понимать. Что стоили наши слова, когда мы падали? И что стоили, когда мы так отчаянно начинали все снова?"
Почему у меня снова - не как у всех. Почему же я вечная проблема, ходячий громоотвод? Я всегда говорю невпопад, замолкаю, когда не нужно. Я - метель, безумная дрожь; я - снегопад. Кажется, что каждый прохожий тыкает в меня пальцем с вопросом "жива ли?" А ты знаешь, что мне хочется плакать, даже реветь и выть, и рвать на себе одежду, волосы, браслеты на тонком запястье. Знаешь, мои глаза снова полны отчаяние, я не ищу спасения. Знаешь, я та, кто не стала хорошей дочкой, кто не стала известным писателем, - даже не поступила в журфак. Я потеряна, я пропащая. "Я бросала всех, чтоб не оказаться брошенной. Я предавала, чтобы не быть преданной, убитой, раздавленной". Чересчур цинично, до боли противно. Посмотри в эти глаза, они слишком счастливые, в тоже время слишком несчастные...
Мысли рассеяны, бесполезно пытаться собрать их в одну печатную книгу, в один рассказ. Хочется бросить себя на свалку, без сожаления. Ты же видишь, что я шагаю по краю, моя хандра тянет к пропасти - равновесия мало... Я теряю контроль и начинаю падать. Держишь меня? - Держи! "В моих глазах притаилась усталость и желание бросить к чертям дни, минуты и числа. Впереди только пропасть, забвение, затхлая старость... И рефлексия с бешеным поиском цели и смысла: просто жить, просыпаться, пить кофе, мешать его с болью; куча горьких таблеток и Winston, желательно - красный. Я конкретно лажаю с комично-трагической ролью... и актёр из меня отвратительный, просто ужасный".
