Некоторые умирают в семнадцать лет и откладывают похороны до тех пор, пока им не стукнет семьдесят пять. Я вижу много мёртвой молодёжи и много живых стариков.
Больно то, что люди думают, что я счастлива. Они видят, как я над всем смеюсь и улыбаюсь, постоянно шучу и веду себя, так, как будто я действительно счастлива. Но это неправда. Я умираю изнутри. В моей душе уже давно поселилось отчаяние и оно нежится в непонимании и тоске. Я не в порядке. Я плачу из-за всего: когда скрываю шрамы, когда подделываю улыбку, которая должна быть жалким воплем или прямой полоской на моём лице, когда прячу свою любовь. Я просто ненавижу себя, я просто хочу быть в порядке. Я не привыкла выставлять напоказ свои неудачи, жаловаться на здоровье. Я всё держу в себе, я стою до последней минуты. Но проблема в том, что я не верю в себя. Если никто в меня не верит, то и я не верю. В это трудно поверить, но ещё труднее с этим жить.
Всё "просто".
Школа говорит: " Просто хорошо учись".
Друзья: "Просто будь всегда весёлой".
Родители: "Просто будь нормальным ребёнком".
Парни: "Просто будь красивой".
Ничего не просто. Просто умереть. А жизнь - это вечная борьба, не только с окружающими, но и с самим собой.
А я морально умерла в семнадцать лет. А теперь доживаю эти паршивые деньки, потому что думаю, что родителям будет больно, если я уйду.
А ты оставлял меня одну. Уходил так смело, не касаясь перил. А я всё болела, болела тобой одним. Ты оставлял меня бесконечно одну, а потом появлялся вдруг: Смотри, сюрприз! Ну чего ты, милая, голову опустила вниз? Я ведь сейчас с тобой. Но а завтра уеду снова, и тоскуй по мне, и пиши. Вот только не ной, что по швам разошлась у тебя душа. Не говори мне а боли, я не хочу это слушать. Ты мне нравишься, только я мечтаю о свободе, о воле. А ты так, дополнение к жизни, чтоб окончательно не подохнуть от скуки". Я внимательно всё выслушиваю, твой редкостный монолог. Только не забывай, что, когда ты уходил, прострелил мне грудь, и теперь трудно дышать. Без тебя почти невозможно. Ты уходил так осторожно, не касаясь перил. Ты возомнил себя мини-Богом, думая, что нет для меня мерил. Ты говорил: "Соня, ты же сильная девочка, справишь как-нибудь". Только это звучало в моих ушных раковинах ещё больнее, отдавала эхом, я думала, что оглохну. Что проснусь ранним утром, на обочине где-то, видно, сбила машина. Думала, так и подохну. Но, как видишь, жива ещё. Хоть и осталось малость терпеть.
Да, ты любил меня, но не сильно. Для меня оставил лишь уголок в душе и тень в своей жизни. Только для меня ты и являлся самой жизнью! А теперь уходи, я сама тебя прогоняю. И катись ты ко всем чертям! Наши дороги расходятся, я остаюсь у края. А ты беги к ней и целуй, крепко её обнимая. Хочется пальцы засунуть в рот и выблевать эту чушь, тысячи слов, что ещё не сказала, что предназначены все тебе. Просто, ты для меня слишком много значил. Но, увы, не стал вечным...
Уходи, уходи прочь из моей головы!
Больно то, что люди думают, что я счастлива. Они видят, как я над всем смеюсь и улыбаюсь, постоянно шучу и веду себя, так, как будто я действительно счастлива. Но это неправда. Я умираю изнутри. В моей душе уже давно поселилось отчаяние и оно нежится в непонимании и тоске. Я не в порядке. Я плачу из-за всего: когда скрываю шрамы, когда подделываю улыбку, которая должна быть жалким воплем или прямой полоской на моём лице, когда прячу свою любовь. Я просто ненавижу себя, я просто хочу быть в порядке. Я не привыкла выставлять напоказ свои неудачи, жаловаться на здоровье. Я всё держу в себе, я стою до последней минуты. Но проблема в том, что я не верю в себя. Если никто в меня не верит, то и я не верю. В это трудно поверить, но ещё труднее с этим жить.
Всё "просто".
Школа говорит: " Просто хорошо учись".
Друзья: "Просто будь всегда весёлой".
Родители: "Просто будь нормальным ребёнком".
Парни: "Просто будь красивой".
Ничего не просто. Просто умереть. А жизнь - это вечная борьба, не только с окружающими, но и с самим собой.
А я морально умерла в семнадцать лет. А теперь доживаю эти паршивые деньки, потому что думаю, что родителям будет больно, если я уйду.
А ты оставлял меня одну. Уходил так смело, не касаясь перил. А я всё болела, болела тобой одним. Ты оставлял меня бесконечно одну, а потом появлялся вдруг: Смотри, сюрприз! Ну чего ты, милая, голову опустила вниз? Я ведь сейчас с тобой. Но а завтра уеду снова, и тоскуй по мне, и пиши. Вот только не ной, что по швам разошлась у тебя душа. Не говори мне а боли, я не хочу это слушать. Ты мне нравишься, только я мечтаю о свободе, о воле. А ты так, дополнение к жизни, чтоб окончательно не подохнуть от скуки". Я внимательно всё выслушиваю, твой редкостный монолог. Только не забывай, что, когда ты уходил, прострелил мне грудь, и теперь трудно дышать. Без тебя почти невозможно. Ты уходил так осторожно, не касаясь перил. Ты возомнил себя мини-Богом, думая, что нет для меня мерил. Ты говорил: "Соня, ты же сильная девочка, справишь как-нибудь". Только это звучало в моих ушных раковинах ещё больнее, отдавала эхом, я думала, что оглохну. Что проснусь ранним утром, на обочине где-то, видно, сбила машина. Думала, так и подохну. Но, как видишь, жива ещё. Хоть и осталось малость терпеть.
Да, ты любил меня, но не сильно. Для меня оставил лишь уголок в душе и тень в своей жизни. Только для меня ты и являлся самой жизнью! А теперь уходи, я сама тебя прогоняю. И катись ты ко всем чертям! Наши дороги расходятся, я остаюсь у края. А ты беги к ней и целуй, крепко её обнимая. Хочется пальцы засунуть в рот и выблевать эту чушь, тысячи слов, что ещё не сказала, что предназначены все тебе. Просто, ты для меня слишком много значил. Но, увы, не стал вечным...
Уходи, уходи прочь из моей головы!
