Знаешь, моя ревность меня погубит. Ты мне всадил пулю в сердце, теперь убиваешь в лоб. А теперь меня тошнит до дрожи в плечах, в коленях и выворачивает нутро. Как? Скажи, как ты мог изменить? Помню, наметил на левом боку место, куда стрелять... не дрогнет твоя рука. Только выбор был сделан, был сделан финальный шаг. Я думала, что не спустит курок, что не вырвется выстрел. Помню твой хищный взгляд, помню, как всё начиналось. А теперь мне хочется выжечь тебя шрамом на сердце и не вспоминать. Шахматный бой. Эмоциональный дальтоник в игре. Только третья фигура лишняя и она заставляет меня перебрасывать свою тень в крайний угол, нервно дёргать правой ногой и ненавидеть. Ненавидеть вас. Как же мне больно! Как же щемит в груди, на куски разрывает это сплошное предательство. "Измена для меня тогда, когда изменил морально. Когда берут тела - это не измена. Тел множество. Душ ограниченное количество. Когда человек врёт мне, что что-то чувствует, а на самом деле сердце - гранит и пустошь, тогда это измена. Измена - когда человек отдаёт часть своего нутра, хотя говорил, что твой. Вот это самое болезненное - когда тебя затоптали морально, физически себя можно удовлетворить. Морально спастись нельзя. Тело - предательство. Измена - душегубство".
Твоя манера не отвечать на звонки входит в привычку. Губительную. Знаешь, моя свеча терпения стремительно догорает. Прошлый месяц был трудный. Я нашла своё счастье, не спросила цены. А цена высока, я плачу стоимость, не беру в кредит. Знаешь, мои раны излечить можно, но меня излечить нельзя. Когда обнаруживаешь измену, такое чувство, что сталкиваешься с подводными камнями, ты знаешь, что скоро наступит потеря сигнала, но продолжаешь плыть по течению. Потеря хрупкого связующего между двумя единицами. Скажи, если мы разобьёмся, кто будет нас собирать по крупицам?
Знаешь, уже три часа ночи, а я не сплю.
Воздух становится тяжёлым, густым и влажным.
Скажи, разве ты запросто променяешь меня на шлюх?
Почему ты молчишь о важном?
Если уходишь - снимай перчатки.
Знай, я прощаю, смогу простить.
Если уходишь - беги без оглядки
И не возвращай порванные перчатки.
Знаешь, тело можно найти запросто, близкого, чтобы понимал с полуслова изредка. Помни, я тебя любила и сейчас люблю. Спасибо тебе за всё, что между нами было. Теперь прощай. Я надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь и прочтёшь все эти слова и те слова, которые я писала раньше. Я надеюсь, ты поймёшь, что все они были о тебе. Пусть тебе станет больно. Пусть тебя ненависть раздирает так же, как меня в этот вечер, в эту бессонную ночь. И всегда помни, я давала последний шанс, ты выбрал уйти. Слова были написаны. Я натянула на себя одеяло и отвернулась к стенке. Спать не хотелось, Хотелось умереть.


Твоя манера не отвечать на звонки входит в привычку. Губительную. Знаешь, моя свеча терпения стремительно догорает. Прошлый месяц был трудный. Я нашла своё счастье, не спросила цены. А цена высока, я плачу стоимость, не беру в кредит. Знаешь, мои раны излечить можно, но меня излечить нельзя. Когда обнаруживаешь измену, такое чувство, что сталкиваешься с подводными камнями, ты знаешь, что скоро наступит потеря сигнала, но продолжаешь плыть по течению. Потеря хрупкого связующего между двумя единицами. Скажи, если мы разобьёмся, кто будет нас собирать по крупицам?
Знаешь, уже три часа ночи, а я не сплю.
Воздух становится тяжёлым, густым и влажным.
Скажи, разве ты запросто променяешь меня на шлюх?
Почему ты молчишь о важном?
Если уходишь - снимай перчатки.
Знай, я прощаю, смогу простить.
Если уходишь - беги без оглядки
И не возвращай порванные перчатки.
Знаешь, тело можно найти запросто, близкого, чтобы понимал с полуслова изредка. Помни, я тебя любила и сейчас люблю. Спасибо тебе за всё, что между нами было. Теперь прощай. Я надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь и прочтёшь все эти слова и те слова, которые я писала раньше. Я надеюсь, ты поймёшь, что все они были о тебе. Пусть тебе станет больно. Пусть тебя ненависть раздирает так же, как меня в этот вечер, в эту бессонную ночь. И всегда помни, я давала последний шанс, ты выбрал уйти. Слова были написаны. Я натянула на себя одеяло и отвернулась к стенке. Спать не хотелось, Хотелось умереть.



