Помнишь, когда мы знакомились, я первая назвала своё имя. И поразилась, какой фальшивой нотой оно прозвучало, моё настоящее, записанное в паспорте имя. Как-будто я соврала. А потом я замолчала и погаснул дверной проём, а мы стояли с тобой здесь только вдвоём. Спасибо, что я тебя тогда встретила, теперь мне есть чем в жизни гордиться. Нет, не тобой. А тем, что я умею чувствовать, умею любить. Знаешь, я помню всё, кроме первого поцелуя. Как-то это момент совсем не запомнился. И сколько раз я не пыталась отыскать хоть мелкие пазлы того дня, ничего не получилось. Сначала я не хотела тебя отпускать. И в след кричала: "Не уходи, давай начнём всё сначала!"А теперь я хочу быть не доступней, чем астронавт. Позволь мне остаться никем. Никем. Только строчкой в твоей судьбе. Только шрамом не заживающим на руке. Я хочу остаться лучшей или никем.
И мне говорили: "Девочка, ты пойми, если уходит он - отпускай. И не нужно плакать, не нужно просить и кричать. Если он разлюбил, пусть уходит. Без любви нельзя. А твои чувства остынут, поверь, всё проходит, и это пойдёт". Только, как раньше писалось, ничего не проходит, чувства из моей черепной коробки не выселяются. Только теперь они производятся совершенно с другой мощностью и не к нему.
Я всегда мечтала о том, чтобы кто-то любил меня больше, чем я его. Чтобы он про меня писал и дарил цветы. Чтобы чувствовать себя такой нужной. Чтобы пытаться быть послабее. Я писала, что любовь должна быть трагедией. Тогда у каких берегов спрятано счастье? Абсолютное счастье, без единой погрешности. Счастье, когда между двумя единицами производятся килотонны тепла, понимания и любви. И так, чтоб это не было ограниченно. Если я говорю, что не нуждаюсь в чём-либо - не верь. Я нуждаюсь в тебе.
"Девочка, никогда не иди назад. Возвращаться нет смысла. Даже, если там ждут те же глаза, в которых недавно тонули мысли и ты тонула. Даже если тянет туда - стерегись и не прыгай в омут. Если прыгнешь, то рискуешь сорваться с утёса. Если помнишь его - забудь. И не плачь о нём больше, не снись. Как огня его берегись и не верь раскаянию. Он чужой, слышишь, чужой! Ты ему не обязана больше верить! Он предатель, он предал. Он ушёл от тебя и веру твою убил. И жизнь твоя стала больше похожа на ад. Помни мои слова: никогда не иди назад".
И мне говорили: "Девочка, ты пойми, если уходит он - отпускай. И не нужно плакать, не нужно просить и кричать. Если он разлюбил, пусть уходит. Без любви нельзя. А твои чувства остынут, поверь, всё проходит, и это пойдёт". Только, как раньше писалось, ничего не проходит, чувства из моей черепной коробки не выселяются. Только теперь они производятся совершенно с другой мощностью и не к нему.
Я всегда мечтала о том, чтобы кто-то любил меня больше, чем я его. Чтобы он про меня писал и дарил цветы. Чтобы чувствовать себя такой нужной. Чтобы пытаться быть послабее. Я писала, что любовь должна быть трагедией. Тогда у каких берегов спрятано счастье? Абсолютное счастье, без единой погрешности. Счастье, когда между двумя единицами производятся килотонны тепла, понимания и любви. И так, чтоб это не было ограниченно. Если я говорю, что не нуждаюсь в чём-либо - не верь. Я нуждаюсь в тебе.
"Девочка, никогда не иди назад. Возвращаться нет смысла. Даже, если там ждут те же глаза, в которых недавно тонули мысли и ты тонула. Даже если тянет туда - стерегись и не прыгай в омут. Если прыгнешь, то рискуешь сорваться с утёса. Если помнишь его - забудь. И не плачь о нём больше, не снись. Как огня его берегись и не верь раскаянию. Он чужой, слышишь, чужой! Ты ему не обязана больше верить! Он предатель, он предал. Он ушёл от тебя и веру твою убил. И жизнь твоя стала больше похожа на ад. Помни мои слова: никогда не иди назад".
